Ноя 01 2016

Признаки места практики настоящего айкидо: Терминология

Category: ДневникЕвгений @ 11:49

(Картинка к записи)

Суть метода практики «искусства духа», состоит в том, что одни и те же его средства (физические техники), вследствие восприятия и вовлечения человеком в осуществление своей практической деятельности процессов, принадлежащих более высоким, чем прежде, уровням Иерархии Объективной Нравственности, становятся способными решать новые функциональные задачи и проявлять повышенную степень прикладной эффективности этой деятельности. Благодаря чему этот метод и используемые в нём, прежние в механическом отношении техники, формируют новый образовательные стандарты практики и обучения в том или ином виде искусства и практической деятельности в целом.

Процесс открытия и вовлечения в практическую деятельность новых неизвестных до этого людям процессов и связанных с ними закономерностей, сопровождается созданием новых понятий, служащих для обозначения и описания, как самих этих процессов, так и присущих им свойств, которым нет, не только терминов, в существующем понятийном аппарате того или иного вида деятельности, способных эти процессы и их характеристики выразить, но и, даже, нет слов в языке той или иной социальной культуры.

******

Исходя из того, что, по признанию многих очевидцев, Мастер будо Морихей Уесиба

  • на практике продемонстрировал высокий уровень практической эффективности,

«Он [О-сенсей] мог остановить человека одним пальцем. Немногие могут хотя бы приблизиться к этому».

Интервью с Мишио Хикитсучи Сэнсэем, Париж, 1984г.

«Сенсей Тохей сам рассказал мне, что он уже с раннего периода своего знакомства с учителем находился под впечатлением того, как легко он опрокидывал людей без видимого физического усилия. Он этому удивлялся и пытался сам делать так же, но его техника не была столь эффективной. Фактически, он огляделся и вокруг увидел, что никто из учеников не мог делать того, что мог делать О-сенсей».

Интервью с К. Куртис, Дания, май 2000г.

  • объясняя его в своих словесных комментариях Объективной Нравственной Обусловленностью и личным духовным ростом, осуществляемым на основании даваемого Богом Различения,

«Я упражнял мой дух в БУДО, когда мне было 15 лет, я посещал учителей фехтования и дзю-дзюцу многих регионов. Я усвоил за несколько месяцев секрет каждого из самых новых учителей. НО НЕ БЫЛО В НИХ НИЧЕГО ТАКОГО, ЧТО ПОМОГЛО БЫ МНЕ УЗНАТЬ СУЩНОСТЬ БУДО, КОТОРОЕ МОГЛО БЫ УДОВЛЕТВОРИТЬ МОЙ ДУХ». («Aikido», Киссёмару Уесиба,1957, переиздано 1985).

Ж. Блез. Речи и тексты Основателя по практике айкидо. Барнаул, 2000г.

«Кто овладел приёмами –

Ещё не овладел Истиной,

Начало познания –

Во власти Богов». (М. Уэсиба)

С. Познахарев. Айкидо для гайдзина, Киев, 2015г.

«… Направляйся к свету и теплу, учись у богов и посредством упорной практики Искусства Мира становись единым с Божественным».

М. Уесиба. Искусство мира (Из бесед, стихов, каллиграфии Основателя айкидо), «София», Киев, 1999г.

  • наделяющими технический инструментарий боевых искусств способностью осуществления новых функций и достижения новых целей, не предусматриваемых для реализации в техниках традиционных боевых искусств,

«В этот момент я забыл все техники, которые я выучил и я должен был заново воссоздать техники предков. И эти техники должны показать, что весь мир есть одна семья и нет чужих». («Aikido Shinzui», стр.23).

«Это не побеждать или проигрывать; это не то; нужно упразднить это понятие; в этих техниках нет понятия более сильный, более слабый». («Aikido Shinzui», стр.23).

«Нужно всё изменить в тренировке. («Aikido Magazine», №40, 1988, стр.11)

«Айкидо есть для того, чтобы понять самого себя, чтобы изучить всемирные явления, чтобы не забыть единое происхождение ИЧИГУЕН, чтобы раствориться в Провидении, чтобы узнать Закон и создать Техники тонкие и светлые». («Aikido Shinzui», стр.16).

Ж. Блез. «Речи и статьи Основателя по практике айкидо», Барнаул, 2000г.

  • и используя в своих толкованиях метафорически странные и загадочные выражения, непонятные не только современникам, но и нынешним поколениям его последователей,

«Ведя партнёра «его вдыхают [привлекают, притягивают]». Это и есть айкидо».

«Айкидо – это тренировка притягательной силы. Важно это вести корректно». («Aikido Magazine», №40, 1988, стр.11).

«[Айкидо, это] умение вести людей и быть ведомым Вселенной».

«… [для выполнения техник айкидо] особенно важно умение вести людей и быть ведомым Вселенной. С одной стороны ведут [атакующего], с другой, гармонизируются [со Вселенной]. («Aikido Shinzui», стр.98).

«Момент, когда он [враг] хочет меня атаковать, уже потерян в этом действии, потому что  долготы времени и вопроса быстроты не существует». («Takemusu Aiki», стр.130).

«В айкидо нет ни пространства, ни времени, есть только Вселенная и это называется катсу хаяби». («Takemusu Aiki», стр.13).

«На этом пути нужно быть стоящим на мосту, плавающем в Небе. Если не находиться на мосту, айкидо никогда не выйдет. («Aikido Shimuzui», стр.26).

Ж. Блез. «Речи и статьи Основателя по практике айкидо», Барнаул, 2000г.

мы придерживаемся того мнения, что, на основании технической базы традиционного японского будо и результатов своих духовных достижений он создал новое (преследующее новые цели, решающее новые функциональные задачи и демонстрирующее совершенно отличающийся от прежнего практический результат) искусство, сопроводив его и созданием нового понятийного аппарата, в котором он выразил характеристики и способы изучения явлений и процессов, принадлежащих достигнутым им уровням нравственности. То есть, дал описание предметам и методу исследований (проводимых им в практике боевых искусств и ставшими основанием для создания айкидо), которое должно быть описанием целей и способа практики и для тех, кто считает себя его последователями.

Следуя мудрости, хранящейся в поговорке, о том, что «Слово «луна», это только палец, указывающий на Луну! Горе тому, кто примет палец за Луну!», – мы считаем, что понимание странных и загадочных наставлений Основателя айкидо и достижение желающими на их основании продемонстрированных им прикладных способностей возможно независимо от того, в какой культуре он жил и на каком языке говорил. Для этого следует в своей практике ориентироваться на поиск и изучение тех объективных процессов и явлений, которые были предметами его исследований; которые он обнаружил в своих духовных исканиях и использовал в создании айкидо (т.е. – изучая Луну). Преследуя иные цели, изучая другие процессы, люди, формально называющие себя «последователями» О-сенсея, вряд ли будут иметь шанс, понять смысл его объяснений и наставлений и приблизится к достижению его уровня практических способностей. А словесные объяснения Основателя искусства, в которых, по мнению его истинных последователей, он дал весь необходимый спектр пояснений, по своей ширине и глубине достаточный для того, чтобы найти в них ответы на все возникающие в ходе изучения айкидо вопросы, использовать как ориентиры, помогающие эти процессы в ходе практики обнаружить.

«На все вопросы по практике айкидо можно найти ответы в текстах О-сенсея… Он, на самом деле, всё объяснил. Однако люди этого не понимают потому, что не пережили этот опыт [опыт взаимодействия с теми процессами, который пережил О-сенсей, и который стал причиной и основанием для создания айкидо] сами».

Ж. Блез, семинар по айкидо, г. Санкт-Петербург, июнь 2004г.

При этом мы отдаём себе отчёт в том, что изучать эти процессы и прийти к овладению такими же прикладными способностями можно используя в качестве инструментария и другие виды практических искусств и не только боевые.

«Много троп ведёт к вершине горы Фуд-зи, но эта вершина одна…».

М. Уесиба. Искусство мира (Из бесед, стихов, каллиграфии Основателя айкидо), «София», Киев, 1999г.

«Существует старая история, которую часто рассказывают в додзё… Однажды, много лет тому назад, одного мастера чайной церемонии вызвал на поединок бродячий фехтовальщик. Мастер чайной церемонии ничего не знал о мечах, поэтому он пошел за советом к своему другу, мастеру меча. Мастер меча выслушал его и сказал, что из-за своего социального положения мастер чайной церемонии не может отказаться от дуэли, на которой наверняка погибнет. Однако мастер меча предложил дать мастеру чайной церемонии некоторые базовые наставления, если тот приготовит ему в последний раз чай. Мастер чайной церемонии согласился и начал свое дело. Чайная церемония – ритуал величайшей красоты, требующий глубокой концентрации. Как только мастер погрузился в этот ритуал, то забыл обо всех своих проблемах. Его тело стало расслабленным, а сознание спокойным, как глубокий водоем. Его друг, внимательно наблюдавший за ним, неожиданно выкрикнул: «Есть! Действуй так, как действуешь сейчас. В практике нет никакой необходимости. Когда начнешь поединок, просто подними меч над головой и представь, что готовишь чай. Когда он будет атаковать, закрой глаза и мощно руби вниз. Вы оба будете мертвы, но это будет прекрасно». На следующее утро мастер чайной церемонии сделал все так, как ему было сказано. Придя в назначенное место, он освободил свое сознание от всех мыслей о выживании и спокойно начал подвязывать рукава. Затем он взял свой меч и спокойно устремил взгляд вдаль. Бродячий фехтовальщик, увидев его, немедленно извинился и отказался от дуэли».

Ф. Дж. Ловрет. Путь и сила: секреты японской стратегии. «София», г. Киев, 2000г.

Однако если мы говорим о практике Пути и пути айкидо, то мы должны рассматривать возможность достижения этих возможностей на основании использования именно метода практики, созданного О-сенсеем. Для адептов оригинального айкидо, это наиболее вероятный способ приблизится к достижению уровня практических способностей Основателя изучаемого ими искусства.

«Делайте техники как я [О-сенсей], и вы будете обладать такой же силой, что и я».

Ж. Блез, мастер-класс по айкидо, г. Новосибирск, октябрь 2006г.

Известно, что О-сенсей недоумевал и обижался по поводу того, что кто-то из его учеников считали практику айкидо недостаточной для продвижения по Пути Жизни и искали Гармонию со Вселенной в практиках других искусств.

«Многие ученики ездили в другие места, чтобы практиковать Дзэн или учиться каким-нибудь другим кэйко. О-сенсею это не нравилось. Но он никогда ничего не говорил об этом открыто. Он говорил, что айкидо – это мисоги, и что если ученик хочет упорно тренироваться, то ему незачем бегать повсюду, изучая множество различных вещей. Это означало бы непонимание сути айкидо. «Это сюгё (суровая тренировка)». О-сенсей всегда говорил: «Я даю вам все. Почему люди всегда ищут что-нибудь ещё?». Мицуги Саотомэ.

С. Перри. Воспоминания об О-сенсее. Жизнь и тренировки с основателем айкидо, Морихеем Уесибой, 2002г, aikiportal.

Специфика обстоятельств практики айкидо О-сенсея, как искусства духа, состоит в том, что со временем занятий его последователи становятся перед необходимостью выявления и изучения неочевидных процессов и явлений «сферы духа»,

«Цель воина – согласно высочайшему предназначению овладеть боевыми техниками, оживляющими и явный, и скрытый миры. Непрерывно тренируйтесь в явном мире, тренируйтесь в царстве скрытого, пока вы не сможете свободно пребывать одновременно в обеих сферах».

М. Уесиба. Будо: учение Основателя айкидо. Ростов-на-Дону, Феникс, 1999г.

первоначально недоступных их уровню физического и духовного восприятия. А ещё прежде – перед необходимостью овладения методом их изучения, построенном на исходящих из этих процессов закономерностях, таких же тонких и малоизвестных, к тому же описываемых неизвестными в общепринятом употреблении понятиями и терминами.

В этих условиях понятийный аппарат О-сенсея становится важнейшим по значимости указателем и инструментом в определении сути, как предметов, так и метода исследований, имеющих место в практике оригинального айкидо.

Только высказывания О-сенсея становятся единственным источником указаний, хоть в каком-то формальном виде, хранящим и выражающим ориентиры и характеристики настоящей области, предметов и методики его исследований, изначально, обычно, неизвестные его последователям, однако без выявления, изучения и овладения которыми невозможно выстроить свой личный путь восхождения в духовный мир нового боевого искусства и подойти к прикладным способностям его Основателя.

«Вам надо вспомнить обо всём том, что говорил О-сенсей. Это самый короткий путь для постижения истинного айкидо».

М. Хикитсучи. Высказывания об Айкидо. Материалы, печать, выпуск Анни Морель 26 января 1998г.

Представляя общественности айкидо, О-сенсей очень скупо описывал форму техник, в искусстве духа, это неважно («искусство духа не имеет формы»). Он говорил о том главном, что является причиной формирования техник его искусства – о процессах и закономерностях высших уровней Объективной Нравственности. И судя по тому, что в своих объяснениях О-сенсей использовал образы эпоса и мифологии Японии и образы, непонятные даже японцам, в своих духовных поисках он не только поднялся к вершинам японской культуры, но и даже в чём-то превзошёл их.

«Чтение этих трудов [О-сенсея], даже для японца, очень трудно. В самом деле, создатель айкидо использовал специфический словарь, истоки которого надо искать в древнем учении синто; некоторые слова и выражения он создал сам, чтобы наиболее точно выразить свои мысли, описать свои чувства. И даже обычная фраза, часто встречаемая в обиходе, приобретает особый смысл, так как понятия, описываемые учителем Морихеем Уесиба, не принадлежат обыденному миру».

Ж. Блез. Речи и тексты Основателя по практике айкидо. Барнаул, 2000г.

Именно новые понятия, введённые Морихеем Уесибой в практику традиционного будо, которое он изучал, и на технической и понятийной базе которого создал айкидо, являются носителями информации о тех процессах, использование объективного иерархического влияния которых на процессы, создающие формы техник традиционного будо, и тем определённым образом меняющего их, как внутренне (коренным образом, на основании противоположного целевого применения), так и внешне (не всегда очевидно), сделало эти техники техниками нового искусства.

«Отныне не нужно, чтобы айкидо было будо разрушения». («Aikido Magazine», №7,1985,стр.34).

«Айкидо не для того, чтобы сражаться, не для того, чтобы побеждать: это путь, чтобы гармонизировать мир и объединить весь человеческий мир в единую семью». («Takemusu Aiki»).

«Я вас прошу сотрудничать со мной; мы тренируемся вместе и каждый месяц, каждый год техники продвигаются вперед, развиваются, изменяются. Это не застывшее. Но изменения форм и техник нужно не потому, что до теперешнего момента в обществе есть большое количество боёв. Это совсем не то. Это потому, что это учение вибрации души, и эти учения совсем не имеют формы». («Aikido Shinzui», стр.26).

Ж. Блез. Речи и тексты Основателя по практике айкидо. Барнаул, 2000г.

Выявление и вовлечение в практику процессов, не учитываемых в изучении традиционных воинских искусств и придающих особую специфику её общему направлению (по сути, формирующих вид искусства), имеет приоритетное значение в преподавании айкидо. И если восприятие этих объективных процессов имеет субъективные трудности, то их словесное обозначение перед учениками, как единственно воспринимаемая ими форма указания на тот или иной процесс, приобретает важное методическое значение.

Следует отметить, что созданное на технической базе традиционных боевых искусств айкидо переняло из них не только базовые формы техник, но и существующий в них понятийный аппарат, указывающий на процессы, являющиеся предметами их изучения, раскрывающими и передающими собой суть направления практики (методику) традиционного будо, изучение многих из которых необходимо и в изучении айкидо. В свою очередь, обстоятельства совместного употребления в практике айкидо О-сенсея «старых» и «новых» понятий и терминов позволяют нам озвучить некоторые методические принципы его преподавания.

Во-первых, понятийный аппарат преподавателя айкидо должен содержать термины и понятия, принадлежащие к понятийному аппарату Основателя искусства. Это необходимо для направления внимания занимающихся на выявление и вовлечение в их тренировку процессов, тех уровней нравственности, которые изучение боевых техник превращают в практику айкидо.

Если же, объяснения и наставления преподавателя айкидо не содержит термины, а, главное, стоящие за ними понятия, принадлежащие понятийному аппарату Основателя искусства (т.е. в объяснениях и постановке учебных задач преподаватель не использует терминологию О-сенсея, или же вкладывает в повторяемые за О-сенсеем слова иное смысловое значение), то это говорит о том, что:

  • в его методике практики предметами изучения являются совсем не те процессы, которые были и должны быть предметами изучения в оригинальном айкидо;

  • в своём преподавании он преследует иные цели, пользуется несовпадающим с методом О-сенся способом практики;

  • в итоге, следует иным, чем Основатель искусства, направлением (методом) практики;

  • по этой причине, в результате организованного им тренировочного процесса, ни он сам не сможет повторить практические способности О-сенсея, ни воспроизвести их в своих учениках.

  • и это является признаком того, что его практика не является практикой настоящего айкидо.

«– Многие присутствующие на тренировке оперируют терминами «уход с линии атаки», «дисбаланс», «бросок». Прошу учителя объяснить технику, используя эти термины.

– А это не айкидо! Потому что, когда вы так говорите, это значит, что вы думаете об атаке. В айкидо нет ни атаки, ни защиты, просто тело двигается и всё!».

Ж. Блез. Семинар по айкидо, г. Санкт-Петербург, июнь 2004г.

Когда преподаватели айкидо в своих объяснениях и наставлениях не поднимаются к использованию терминов и понятий, привнесённых в практику будо О-сенсеем, и оперируют в постановке задач перед учениками только лишь терминами понятийного аппарата традиционных боевых искусств (такими, как: уход с линии атаки», «дисбаланс», «бросок»), это указывает на то, что они, будучи сами ментально «пристёгнутыми» (алгоритмически зацикленными) на использование в выполнении технических приёмов процессов и явлений, либо вовсе не относящихся к практике искусства О-сенсея, либо второстепенных, не имеющих решающего значения в формировании прикладной эффективности его техник, через неверную терминологию, «пристёгивают» к этим процессам и внимание своих учеников, формируя в них, прежде всего, ментальное состояние, а с ним, и характер, и форму, и результат выполняемых ими техник, принципиально отличающиеся от того, что должно быть на их месте в результате практики оригинального айкидо О-сенсея.

«… Годы уходят на автоматическое нахождение ТОЙ единственной точки на татами, при устройстве в которой наге может очень легко, быстро и изящно заставить всю мощь линейной атаки уке перевести в его собственное вращательное движение, заканчивающееся падением на пол …», «… Если же вы очень сильно уйдете в сторону, то ваша же совместная динамика пойдет в разгон, и удержать уке в приёме станет невозможно – центробежные силы будут слишком велики… ».

В. Матвеев. Семен ути икке осае ура. «Bleck belt», выпуск 3, 2007г.

Понятия «уход с линии атаки», «дисбаланс», «бросок» и стоящие за ними процессы, конечно же, присутствуют в практике айкидо, так же как и явления, стоящие за понятиями «та единственная точка на татами», «мощь линейной атаки», «вращательное движение», «совместная динамика»,  «центробежные силы» имеют место в выполнении «иккё», но их недостаточно, ни для того, чтобы осознать суть искусства О-сенсея, ни для того, чтобы с такой же, как и у него формой и эффективностью, научиться делать «иккё».

Для того, чтобы практиковать айкидо (достигать поставленные перед цели, в т.ч. и прикладных способностей Основателя искусства) нужно видеть и использовать особые процессы и закономерности, найденные его Основателем в его духовном восхождении, а для объяснения и выражения сути айкидо, невозможно обойтись без использования понятий, созданных О-сенсеем и используемых им для описания этих процессов. Именно поэтому мы и говорим, что если в объяснениях принципов и постановке учебных задач преподаватель не использует термины и понятия О-сенсея, то это, раскрывая его личный уровень понимания сути преподаваемого искусства, ярко указывает на то, что в его преподавании нет практики айкидо. Нет практики, решающей задачи, возложенные на неё Основателем искусства, а, значит, и нет движения к овладению его уровнем прикладной эффективности в выполнении техник айкидо.

Во-вторых, в поиске духовного состояния, необходимого для практики айкидо, и наделяющего его техники формой и прикладной эффективностью Основателя искусства, понятия и термины, введённые им через айкидо в практику будо (опять же в силу иерархической значимости процессов, которые они обозначают), имеют более тяжёлый «методический вес» перед понятиями, составляющими понятийный аппарат традиционных боевых искусств.

В обстоятельствах совместного употребления в практике айкидо «старых» и «новых» понятий и терминов, акценты и характер их применения преподавателем, смещая внимание учеников по Иерархии Объективной Духовности и концентрируя его на тех или иных процессах, имеющих место в выполнении техник айкидо, способны отвлекать их (учеников) от каких-то других немаловажных аспектов, участвующих в формировании прикладной эффективности технических действий, и тем придавать практике то или иное методическое направление, которое будет в большей или меньшей мере соответствовать направлению практики О-сенсея.

«Я сказал «омоте», наверное, этого не надо было это делать. Я [показав], обычно, не называю [предлагаемые к изучению] техники».

Ж. Блез. Семинар по айкидо, г. Санкт-Петербург, июнь 2004г.

Комментируя замечание Жерара сенсея, отметим, что техники айкидо, созданные на технической базе традиционного будо, сохранили свои прежние, принадлежащие его понятийному аппарату названия, притом, что в их выполнение (в соответствие с новыми образовательными стандартами нового искусства, соответствующими более высоким уровням Объективной Нравственности) стали вовлекаться и учитываться дополнительные процессы и закономерности, не принимаемые во внимание в традиционных видах воинских искусств, представление о которых перенятые названия не выражают. Поэтому те из людей, кто, пытаясь овладеть эффективностью айкидо О-сенсея, придаёт чрезмерное внимание смыслу, несомому названиями техник – а, по сути, смыслу несомому понятийным аппаратом традиционного будо (те, кто пытается прийти к айкидо через погружение в изучение его корней, находящихся, например, в Дайто-рю С. Такеды или Хёхо Нитэн Ити-рю М. Мусаси*), – становятся «заложниками» терминов и формулировок прежнего понятийного аппарата и образовательного стандарта, и в своей практике уклоняются от решения задач, присущих и формирующих истинное направление практики айкидо О-сенсея, с достижением соответствующего степени уклонения результата.

(*«Если ты можешь побить другого человека, потому что ты – сильнее или потому что ты лучше знаешь технику боевых искусств, тебе нечем гордиться. Я этим не горжусь. Я не уважаю Мусаси. Он – хороший убийца. Многие японцы уважают Мусаси, но не я. Кое-кто может подумать, что я хорошо умею ломать людям кости, но какое отношение это имеет к духовной жизни? Мне будет стыдно».

М. Саотомэ Интервью (Д. Джонс, 12.09.1999г)).

Причём, учитывая существование двух возможных способов выявления полного комплекса процессов, участвующих в формировании формы и прикладной эффективности техник айкидо: через восприятие этих процессов в личной практике и через изучение указывающих на них высказываний, как собственно Основателя искусства, так и других учителей духовных практик, – отметим, что это уклонение может происходить по двум направлениям.

В одном случае, люди (в т.ч. и те, кто, видя подмены в методике практики айкидо, осознанно стремятся к следованию направлением О-сенсея), ошибочно принимая палец за Луну, переключают своё внимание на исследование термина, вместо процесса, заменяя основной метод познания и проверки истины косвенным, в одиночном применении способным ввести, как о том предупреждает древняя мудрость, к горестному заблуждению.

Абсурдность результата, к которому ведёт «изучение пальца вместо Луны» (изучение слова «луна», вместо объекта «Луна») ярко и применительно к айкидо, показана в статье Ивана Лабушевского «Сказка о мистике и фантастике» (размещённой на интернет ресурсе daito-ryu.in.ua), в которой он в попытке найти мистическую силу, демонстрируемую мастерами будо, на основании «стандартной и мистический расшифровки иероглифов», образующих слово «айкидо», составил множество его возможных значений (в т.ч. и такое как «энергичное единение на железной дороге»), однако, как можно видеть, совершенно далёких от передачи смысла, вкладываемого в него Основателем искусства, и нисколько не способствующих осознанию истинного предназначения и сущности айкидо.

В другом, – верно относясь к терминам и понятиям, как к указателям на объективную данность, и занимаясь исследованием самих процессов, участвующих в создании техник айкидо (не пустившись в своей практике по ложному следу, исследуют саму Луну, а не слово «луна»), но, не принимая во внимание существующую между ними иерархию и сложности восприятия её высших уровней (по нравственности и по даваемому Богом различению):

  • либо, как было показано выше, не зная о существовании, вообще оставляют без внимания главные из них, не пытаясь в своём выполнении техник осуществлять соответствующие им функциональные задачи, без которых их действия, ни внешне, ни внутренне не могут стать техниками айкидо (например, такую как: «практикуя айкидо, найти и осуществить свою личную миссию на уровне общества, Земли и Вселенной»);

  • либо производные и второстепенные процессы (стоящие за терминами традиционного будо) делают главными, противоестественным образом переставляя с ног на голову направление  (алгоритмику) общего процесса формирования внешней формы действий и прикладной эффективности практической деятельности, по этой причине всё так же оставаясь неспособными решать прикладные задачи искусства с эффективностью его Основателя (подчиняя духовные процессы физическим; например, зная о задаче «отказа от сопротивления и противодействия атакующему партнёру», решать её через «объединение с атакой нападающего»*, или задачу «обеспечения безопасности во время выполнения техники» реализовывать посредством «способов и методик развития быстроты реагирования на атаку»).

(*Которую ученик Основателя айкидо М. Хикитсучи сенсей называет главной ошибкой в практике айкидо:

«…Искать гармонию с партнёром. Это главная ошибка объясняет Хикитсучи Мишио сенсей: «Айкидо вписывается гармонично с КИ. Но это не гармонизироваться с КИ партнёра (АИТЕ). Когда думают сгармонизироваться с КИ партнёра, ошибаются и тренировка превращается в игру. Нужно отыскать связь с КИ Вселенной, с КИ Природы, с КИ Бога и с самого начала нужно брать КИ партнёра». («Журнал Айкидо», №40, 1988, стр.11 и далее.)

Ж. Блез. Речи и тексты Основателя по практике айкидо. Барнаул, 2000г.)

******

Так, с некоторого времени занятий, после многочисленных неуспешных попыток сделать «иккё, омоте», с одной стороны, так же легко и, с другой, безнадёжно для партнёра, как его делает Жерар сенсей, мы стали замечать, что наш учитель делает эту технику не совсем так, как если бы её делать в прямом понимании термина «омоте» (передняя сторона) – т.е. входить в партнёра со стороны его лица, а, для того, чтобы при этом не быть контратакованным, прилагать усилия для изменения направления партнёра на противоположное (изменение направление партнёра на противоположное – один из признаков выполнения входа «омоте», в отличие от его обратного варианта «ура» (обратная, задняя сторона), когда, «пропуская» атаку мимо себя, своё направление на противоположное меняет выполняющий технику).

Нужно отметить, что, время от времени, Жерар сенсей предлагает изучение «классического» варианта входа «омоте» в технике «иккё» со всеми внешними атрибутами её классического выполнения, но тогда он обязательно обозначает её принадлежность к «старым» техникам, которые «мало учат притягиванию», однако являются хорошим средством для того, чтобы «понять логику наших перемещений», научиться «действовать быстро» и при этом «действовать всем телом, как единым целым», что является важным механическим аспектом прикладной эффективности, как для техник традиционных боевых искусств, так и для техник айкидо О-сенсея.

«Вчера мы изучали «старые» техники, а они показывают, как надо использовать вот эти части тела [бедра и грудь] вместе одни блоком. В них нет вот таких движений [раскачиваний корпусом].

В принципе, вы можете забыть эти техники и делать те, которые мы делали сегодня утром. Но если вы будете много тренироваться, то эти [«старые»] техники, которые мы делали вчера, то однажды вернутся к вам, и тогда вы сможете их использовать.

Я эти техники почти не практикую, но иногда на семинарах, если уровень занимающихся достаточен для этого, прорабатываю их. Потому что новички, при встрече с ними, могут просто растеряться. Но я нашёл, что эти техники действительно учат, как использовать тело целиком, как двигаться телом единым целым».

Ж. Блез. Мастер-класс по айкидо, г. Новосибирск, октябрь 2005г.

«Из старых техник нам нужна логика перемещений, но в них мы не ведём [не изучаем притягивание, а, значит, и не практикуем айкидо]».

Ж. Блез. Семинар по айкидо, г. Санкт-Петербург, июнь 2015г.

Когда же Жерар сенсей учит техникам, развивающим притягивание, мы замечаем, что его «иккё, омоте» лишь незначительно меняет направление атаки партнёра (это он меняет своё направление) и, в отношении расположений партнёров в пространстве, заканчивается так, что в традиционном понимании её выполнение могло бы быть отнесено к варианту «ура». И, всё-таки, его вход является входом «омоте», в котором он нисколько не уступает территории и, как и положено «омоте», входит в партнёра спереди, не допуская появления в своей позиции открытых мест.

Такое изменение признаков варианта «иккё, омоте» (смешение, или объединение, с признаками противоположного варианта «иккё, ура») способно, как это было с нами, смутить наблюдателя, «привязанного» к названию техники. Однако теперь мы понимаем, что рассматриваемая сейчас особенность в форме и результате выполнения «иккё, омоте» Жераром сенсеем, является следствием вовлечения им в выполнение техники, тех самых процессов, и решения в них, тех самых новых функциональных задач, которые были открыты и внесены в практику традиционного будо О-сенсеем. Его «иккё», это «иккё», которое не только решает задачи обеспечения безопасности и приведения нападающего в положение, в котором он больше не может атаковать, но и, в дополнение к ним, ещё и «притягивает (изменяет состояние)» партнёра, и поэтому «ведёт» его (в положение, в котором он не способен причинить вред) без агрессии и большого физического усилия.

«Что касается нашей техники, я останавливаюсь на тех моментах, которые помогают нам научиться притягивать [привлекать] и вести партнёра. Это [«иккё, омоте, тачи ваза»] нужно сделать так, чтобы партнер не почувствовал с вашей стороны ни толчка ни давления, потому что сейчас мы начинаем учиться вести человека.

Это слова Основателя, он чётко сказал: «Начиная технику первым и правильно ведя партнёра его можно притянуть!». Японцы говорят, что в этом заключается суть айкидо.

Все эти тонкие моменты, о которых я говорю, предназначены для того, чтобы вести человека. Вот это [показал вариант старой (ломающей) техники «иккё] сделать просто, но так мы ведём, не притягиваем, значит, это не тот путь, которым шёл О-сенсей. Вот что самое сложное – как не позволить, чтобы тебя ударили, и не проявить при этом агрессию.

[В «иккё»] нужно найти тот момент, когда он сам опустится, но с другой стороны, когда он падает, не надо на него вот так давить [а потом, на контроле, ломать ему локоть через колено]. Это не значит вести, это значит ломать, здесь партнёр будет чувствовать совершенно другие вещи.

Вот здесь никакой речи о борьбе идти не может. Это то, что понял О-сенсей, именно поэтому он говорил, что «айкидо – это тренировка силы притягивания». В такие моменты, вместо того чтобы сломать человека, О-сенсей его притягивает и ведёт. Смотрите [сделал «ириминаге], никто не сделал друг другу больно и вот так всё это может закончиться [бесконфликтно и безболезненно]».

Ж. Блез. Семинар по айкидо, г. Санкт-Петербург, июнь 2015г.

Привлёкшая наше внимание особенность механики выполнения «иккё, омоте» Жераром сенсеем, является:

  • наглядным примером того, как использование, либо неиспользование тех или иных понятий и терминов, а по сути, вовлечение, или не вовлечение, в практику стоящих за ними иерархически разноуровневых процессов, способно придавать тому, что одинаково называют «практикой айкидо», движение в том или ином направлениях, позволяющих, несмотря на использование одного и того же технического инструментария, говорить об осуществлении практики разных видов искусств.

  • а, в связи с только что сказанным, ещё и демонстрацией главного аспекта метода практики, превращающего, и техники, и, в целом, практику традиционного будо, в практику айкидо, заключающегося в вовлечении в выполнение изучаемых техник процессов, открытых О-сенсеем, иерархически высших, по отношению к процессам, изучаемым в традиционном будо и составляющих суть созданного им нового боевого искусства, и которые были обозначены им в его странных и загадочных объяснениях и наставлениях по практике айкидо.

Думаем лишь о том, что стоит за термином «омоте» с точки зрения традиционного будо (об обеспечении своей безопасности и приведении партнёра в положение, в котором он не может атаковать) не отягощая себя никакими дополнительными заботами (о «притягивании», о «не причинении боли и увечий») – делаем вход и технику в целом, по форме и содержанию, относящиеся к техникам традиционного будо. Практикуем традиционное боевое искусство.

Если же, в дополнение к заботам об обеспечении своей безопасности и приведении партнёра в положение, в котором он не может противодействовать, думаем о процессах и явлениях, стоящих за понятием «притягивания и ведения партнёра» (о привлечении атакующего, об изменении его агрессивного состояния, об отсутствии борьбы и не причинении боли) – в механику входа вынуждены вносить изменения, которые бы эти задачи решали, т.е. делаем (пытаемся, в меру духовной осознанности и практических навыков, сделать) технику айкидо. На базе техник традиционного будо, практикуем уже новый, по отношению к ним, вид боевого искусства.

******

Comments (0)

Оставьте мнение: