Мар 01 2021

Мы все почерпнули у О-сенсея что-то очень существенное

Category: Библиотека Евгений @ 09:27

С. Сугано

Мы все почерпнули у О-сенсея что-то очень существенное

Сейичи Сугано родился в 1939 году на Хоккайдо. В молодости практиковал дзюдо, а в 1957 вступил в Айкикай и ещё через год стал учи-деши. Сугано занимался под руководством Морихея и Киссёмару Уесиба, а также посещал классы Тохея, Арикавы, Сайто, Тады, Окамуры и других известнейших сенсеев.

Позднее он начал также преподавать айкидо – сначала в университетах Японии, на американских военных базах, а потом и за пределами страны: в Австралии, Новой Зеландии, Европе. Возможность бывать на американских военных базах и пользоваться их оборудованием положила начало ещё одному увлечению Сейичи Сугано – стрельбе из пистолета. Сейичи Сугано ушёл из жизни в 2010 году.

Сугано-сенсей признавал, что как само айкидо, так и отношение к нему со стороны учеников со временем претерпели существенные изменения.

Ниже мы приводим его рассуждения об айкидо без сокращений.

******

«В те времена, если вы говорили об айкидо – вы говорили об О-сенсее».

Сейичи Сугано

Правильно ли я понимаю, что многие Ваши ученики не стеснялись в попытках противостоять Вашей технике?

Среди моих учеников были очень сильные люди – самой разной комплекции и мышечной массы. Невозможно было заранее предсказать, как они будут двигаться или что предпримут в следующий момент. Не думаю, что мне удалось бы справиться с ними, если бы на тренировках я использовал только ката, которые все мы учили в Японии.

Мне кажется, занятия с тренером японского происхождения позволяют ученикам изучать изощренные ката (предопределенные учебные формы), но только если у вас действительно хороший учитель. Если тренер не так хорош, вы рискуете запрограммировать себя на ошибки.

Важной характеристикой айкидо является то, что оно включает в себя больше, чем просто отработку ката, хотя, конечно, именно такой стиль преподавания применялся в традиционных японских боевых искусствах. Сегодня методика преподавания айкидо сильно разнится от учителя к учителю, что не может не запутывать учеников, но это происходит как раз потому, что айкидо – это больше чем набор ката. Разучивание упражнений (ката) в японских боевых искусствах, да и в японских искусствах в целом, это способ передать традицию делать вещи тем или иным способом. Современное преподавание строится иначе. Оно заточено на постоянную отработку техник. Это похоже на способ обучения в большинстве современных видов спорта, хотя в основе и лежит несколько иная концепция. Айкидо очень быстро выросло, но я не уверен, что многие отдают себе отчет в том, что во многом это произошло как раз благодаря методам обучения, позаимствованным у современных видов спорта. Постоянное повторение набора техник – это фундаментальная база для обучения в любом виде спорта. А конкретные наработки могут слегка отличаться от тренера к тренеру. Иначе говоря, у каждого преподавателя есть свой стиль. То же самое происходит и в айкидо: разные сенсеи дают одну и ту же технику по-разному.

Мне кажется, что именно так айкидо получило своё развитие. Я думаю, что метаморфозы техник О-сенсея от дзю-дзюцу к айкидо едва ли происходили осознанно; скорее это было естественным результатом его стремления отойти от традиционного метода преподавания, заточенного на передачу старых ката. Использование ката как средства обучения позволяет сохранять традицию, но О-сенсей стремился к более современным методам, которые мы используем сегодня. В то же время его устные объяснения оставались очень японскими, поэтому немногие люди могли осознать, насколько новым был его подход к преподаванию. Старый способ преподносить информацию, например, использование слов вроде «ки» и «кокю» – привносил в процесс много мистицизма, особенно для непосвященных. Но если перевести всё на простой современный язык, то речь идёт о том, что занятия айкидо – это процесс, в результате которого мы учимся грамотно управлять своим телом, работать со временем и дистанцией. И оттачивание мастерства через постоянное повторение техник – это лучший способ обучения.

Однако тот факт, что каждый учитель создает свою собственную версию техник, представляет сложность для желающих изучить это боевое искусство. Даже в Хомбу Додзё, например, вас могут научить чему-то, что отличается от версии Дошу; а потом вы придете с этим знанием на следующее занятие к другому мастеру – и он может сказать, что это ошибка. Такие примеры сильно осложняют для обучающихся понимание того, что и как они должны делать на самом деле.

Именно из-за того, что айкидо не сильно формализовано на техническом уровне, многие учителя предпочитают держаться за ката. Размытость определений приводит к тому, что некоторые пытаются разложить айкидо на составляющие и утверждать, что определенные движения должны выполняться только так и никак иначе. Но это, конечно же, только ухудшает ситуацию. Именно поэтому айкидо бывает так сложно осознать, особенно ученикам за пределами Японии. Тут явно требуется стандартизация, общий подход к обучению. К сожалению, на практике айкидо очень легко адаптируется под стиль того или иного преподавателя, что делает стандартизацию затруднительной.

В Японии же сложность ещё и в том, что там не очень принято задавать вопросы, особенно учителям старой закалки. И даже если вы нашли в себе силы задать вопрос, совершенно не факт, что вы получите на него ответ.

Такой поход, конечно, не идет на пользу ученикам. В Нью-Йорке, например, все намного свободнее и проще, даже по сравнению с другими додзё в США. Но в целом, конечно, есть залы или клубы айкидо, где – в зависимости от личности учителя – студентов обязывают следовать определенным правилам и традициям.

Важнейший фактор, способствующий расширению количества вариантов техник, состоит в том, что О-сенсей сам поощрял своих учеников развивать собственную индивидуальность. Сайто-сенсей в основном преподаёт в духе ката, особо подчеркивая, что О-сенсей делал что-то так или эдак. Но такой подход – скорее исключение, чем правило. Хотя, на мой взгляд, очень ценно иметь возможность сохранить и такой взгляд на технику. Все, кто когда-либо учился у О-сенсея, получили от него что-то, что смогли инкорпорировать в собственную практику; но практически никто не делает техники в точности так, как выполнял их сам О-сенсей.

Копирование техник учителя более характерно для сегодняшнего дня. Но такого никогда не происходило с учениками О-сенсея, или, по крайней мере, мне об этом неизвестно. Все ученики О-сенсея почерпнули у него что-то важное и очень существенное, что легло в основу их практики, но никто из нас не выполняет техники и не тренируется так, как делал он. Вместо этого каждый из нас развил свою собственную идентичность. Такой результат не был задуман изначально. Просто айкидо того времени было – О-сенсей, и О-сенсей был – айкидо, и вы ничего не могли с этим поделать. Поэтому единственным способом заниматься было оставаться верным себе и развивать свой собственный взгляд на айкидо. Это было естественным следствием того способа обучения, который к нам применялся; и это единственное, что нам оставалось, пока мы учились у О-сенсея.

Создавая своё айкидо, О-сенсей освободился от предопределенности ката. Его техники выглядели каждый раз по-разному, и он по-разному их объяснял. В результате каждый из его учеников унёс в себе своё собственное айкидо. Если вы тренируетесь в стиле ката, то и через 10 лет вы будете делать то же самое, те же формы – никакого развития или роста. В этой парадигме простая передача знания становится приоритетной задачей, не оставляя места для персонального развития. Одним из следствий популярности айкидо явилось развитие, в последнее время, большого количества стилей дзю-дзюцу, о которых мы не слышали ранее. Часть из них по своей технической базе напоминает айкидо. Но то, будут ли они развиваться в дальнейшем или нет, в значительной мере зависит от того, насколько они смогут отойти просто от передачи ката. Стили, заточенные исключительно на передачу ката, едва ли обладают потенциалом роста. А техники, напоминающие те, что мы используем в айкидо, встречаются, среди прочего, и в европейских книгах по борьбе 14-15 веков. Они настолько похожи, что вряд ли вы можете сказать, что это Япония создала что-то уникальное.

Я никогда не слышал ни от какого другого преподавателя айкидо, что отрицание ката может быть настолько значимо…

Вероятно, они просто не задумывались об этом…

Пожалуйста, расскажите нам чуть больше о своих взглядах на обучение.

Как мне кажется, практически во всех боевых искусствах и боевых видах спорта – например, карате, сумо, дзюдо – такие формы обучения как шиай (поединки), или радори (свободная практика), или спарринг занимают лишь небольшую часть подготовки. Например, в сумо вместо бесконечных схваток большая часть времени на тренировке занята отработкой определённых базовых элементов, которые затем применяются в бою. Каждое из этих движений служит определённой цели и имеет свою ценность. Почему же тогда айкидо, которое вроде бы развивалось в рамках той же боевой традиции, не использует такие методы подготовки? От начала и до конца занятие по айкидо включает в себя практически исключительно работу над техниками. Почему это так происходит? В чём смысл именно такой тренировки?

Основное различие состоит в том, что другие будо включают соревновательный компонент как обязательный элемент обучения, а айкидо – нет. По сути, поединок – это ещё один вид тренировки; и если ваш спорт предполагает наличие поединков, то вы и строите свою тренировочную программу соответствующим образом. Но в айкидо нет соревнований, поэтому нет и необходимости в таких методах подготовки. Во многих видах спорта постоянное повторение одних и тех же видов упражнений выполняется в рамках подготовки к соревнованиям. Карате, дзюдо и практически все остальные единоборства предполагают наличие таких соревнований и готовят своих учеников соответствующим образом. В айкидо схватка не является целью; мы не пытаемся определить, кто победил, а кто проиграл; не решаем, кто сильнее, а кто слабее. Для нас не существует таких стандартов. Айкидо просто не вписывается ни в одни рамки, которые позволяли бы сравнить его с другими боевыми искусствами по этому принципу.

Тот факт, что айкидо является будо, но при этом не содержит возможности оценить свой успех посредством соревновательной практики, может затруднять постановку целей…

То, к чему я пытаюсь вас подвести, это то, что в айкидо сам процесс тренировки – т.е. постоянное повторение техник день за днём – это и есть цель, если хотите. Вы можете пойти ещё дальше и сказать, что айкидо – это путь подготовки; не столько способ изучения определенных техник, сколько аскетическая дисциплина. Сам О-сенсей говорил, что суть айкидо – это мисоги (аскетические и медитативные практики для очищения тела и духа). Отказ от понимания этой основополагающей характеристики айкидо и попытка сравнивать его с другими будо по общим принципам с неизбежностью приведёт к недопониманию. Упрощенное представление о том, что какие-то техники сами по себе могут быть более или менее эффективны – это «соревновательное мышление», которое ведёт вас к тому, что вы начинаете видеть айкидо в несвойственном ему свете постоянного сравнения.

Если современное айкидо не имеет четко заданных стандартов, а также не включает соревновательную практику, как же определить цели и критерии их достижения в своей практике? Это ведёт к тому, что многие практикующие находятся в сомнениях относительно того, зачем же они занимаются. Многим, например, было бы интересно узнать, какие конкретно упражнения позволили тому или иному сенсею стать настолько сильным. Сегодня в Хомбу Додзё не преподаются техники парной работы с мечом или дзё. Но я полагаю, что Вы и другие мастера айкидо Вашего поколения их изучали, не так ли?

Я не знаю, как правильно это объяснить… О-сенсей не преподавал эти техники. Да, он использовал на занятиях меч и дзё, но, как мне кажется, только для того, чтобы пояснить своё айкидо. О-сенсей использовал оружие для показательных выступлений и специальных тренировочных сессий, но я ни разу не видел, чтобы он системно преподавал работу с ним. Я был учи-деши и учился у О-сенсея достаточно продолжительное время. Я был его уке, в т.ч. когда он использовал оружие для показательных выступлений, т.е. я на себе знаю его стиль работы с ним. Но с точки зрения Хомбу, единственная причина использовать оружие на тренировке – это тот факт, что техники айкидо включают в себя приёмы по разоружению вооруженного противника. Поэтому когда вы говорите, что оружие не преподается в Хомбу Додзё, я склонен поправить вас и сказать, что сам О-сенсей не преподавал работу с оружием. В Японии есть поговорка «Если вы хотите моти (лепешки из толченого риса) – идите в магазин, где они продаются». Если вы хотите работать с мечом – займитесь кендо или йайдо, если с посохом – выберите дзёдо. Это специализированные боевые искусства, и, на мой взгляд, айкидо имеет полное право не включать в себя их элементы.

Разные преподаватели айкидо сегодня обучают разным вещам, их программа основывается на их персональном опыте. Если бы О-сенсей считал работу с оружием важной составляющей айкидо, он бы наверняка оставил нам определенные техники или ката для обучения сражению на мечах или дзё, но он так не сделал. Если бы О-сенсей считал оружие важной частью айкидо, он бы оставил нам определенные формы, явным образом вытекающие из работы с ним. Но мне кажется, он так не думал и потому не учил таким формам. Некоторые считают, что техники айкидо родились из работы с мечом. Но, на мой взгляд, сейчас уже сложно установить причинно-следственную связь и это скорее похоже на дискуссию о яйце и курице. Безусловно, техники айкидо родились в контексте воинской практики, в которой оружие присутствовало неизменно и ежедневно. Но если думать об айкидо только в этом контексте, то вы вскоре обнаружите нарушение логики в других техниках. Например, некоторые виды коши-наге, более близкие дзюдо, будет сложновато выполнить, если у вас на поясе висят два меча.

А есть у Вас какие-то особенно запомнившиеся истории про О-сенсея?

Наверное, должны быть, да? Но сейчас не вспомню… Я обычно читал ему книги на ночь. Он любил исторические романы. И каждый раз, когда в книге был описан какой-нибудь поединок, он комментировал: «Я бы тоже так смог!»  – или даже: «О, я бы сделал это лучше!» (смеётся). К сожалению, я сейчас уже не вспомню конкретные названия…

Говорил ли О-сенсей что-то, что Вам было сложно понять?

Мне было сложно понимать его, когда для объяснения айкидо он использовал доктрины и идеи Омото, потому что они были довольно расплывчатыми. Наверное, тем, кто лучше знаком с синтоизмом, было бы понятнее. Конечно, всё объяснение происходило по-японски, поэтому слова-то я понимал, но его способ выражать свои мысли порой был для меня сложным. Я с трудом следовал за его мыслью и не всегда улавливал связь. Наверное, так же дети не всегда в точности понимают своих родителей, хотя общую мысль, безусловно, улавливают. Кроме того, О-сенсей был представителем другого поколения, поэтому и общался он иначе.

Я слышал, что зачастую он был довольно вспыльчив. Что могло его зацепить?

Ну, на меня-то он редко злился. Он расстраивался, если его ученики были недостаточно внимательны, что в целом свойственно старому поколению учителей. Традиционно учителя в Японии не говорили своим ученикам (особенно учи-деши), что нужно делать. Они рассчитывали, что те постоянно сохраняют бдительность и могут интуитивно чувствовать, что нужно учителю, что он собирается сделать или что именно ожидается от них в конкретной ситуации. О-сенсей действительно был очень темпераментным человеком, неудивительно, что он расстраивался, если не видел такого внимания к окружающему. Мне иногда кажется, что, если бы О-сенсей не был мастером боевых искусств, он бы стал каким-нибудь религиозным лидером. Это бы вполне подошло ему по характеру. В том числе та форма, которую в итоге получило айкидо, возникла во многом благодаря его глубокой вере. В связи с этим вполне логично, что, когда он выходил в общество, это довольно часто были визиты к разным религиозным группам. Иногда я сопровождал его в таких выходах. Он много рассказывал про айкидо, но совершенно необязательно про айкидо в смысле будо. Мне иногда казалось, что такие дискуссии увлекают его больше, чем занятия на татами. (Смеётся).

А каково было Ваше самое первое впечатление от О-сенсея?

Он поразил меня как очень религиозный человек. Он и выглядел так: длинная белая борода, соответствующее выражение лица, традиционные японские одежды – вот это всё… (смеётся).

Отличалось ли то, как выполнял и показывал технику О-сенсей, от того, как это делали другие учителя?

Как я уже говорил, О-сенсей и был айкидо, поэтому здесь едва ли уместны сравнения. Можно сказать, что О-сенсей показывал настоящее айкидо, а все остальные – что-то другое. Для меня есть большая разница в обучении айкидо тогда и сейчас, а может быть – в самом восприятии айкидо в те времена и сегодня. В те времена, если вы говорили об айкидо – вы говорили об О-сенсее. Был только один мастер. Сегодня во всем мире есть множество организаций и множество именитых мастеров, поэтому вы можете сравнивать. Во времена О-сенсея этого просто не могло случиться.

Сугано сенсей, большое спасибо Вам за Ваше время и мысли.

Интервью записано Фуйуо Нанаурой в 1996 году и опубликовано Стэнли Праниным в 2002 году.

https://www.kaivan-dojo.ru/post/2018-05-03-sugano-interview

******

Comments (0)

Оставьте мнение: